Восстановление и история Церкви
Дар Оливера Каудери

Дар Оливера Каудери

У. и З. 6, 7, 8, 9, 13

Oliver Cowdery ca. 1880s

Оливер Каудери лежал без сна, размышляя. Неужели все, о чем он слышал, правда? Двадцатидвухлетний школьный учитель, Каудери осенью 1828 года жил в Пальмире, штат Нью-Йорк, в доме Джозефа Смита-старшего. Вскоре после прибытия в ту местность до него начали доходить слухи о сыне Смитов Джозефе-младшем, его встречах с ангелами и найденных им золотых листах.

Сгорая от любопытства, он осыпал хозяина своего дома вопросами и хотел знать больше. Сначала Джозефу-старшему не хотелось ему ничего рассказывать, но в итоге он поддался уговорам своего постояльца и поведал ему о событиях из жизни Джозефа-младшего. Оливер просто обязан был выяснить, на самом ли деле произошли все эти чудеса. Он стал молиться. Его охватило чувство покоя, убеждающее его в том, что Бог изрекает истину, и подтвердившее истинность услышанного1.

Он никому не рассказал о полученном опыте, хотя часто вел беседы о золотых листах, и постепенно уверовал в то, что Бог призывает его стать писарем Джозефа Смита в процессе перевода2. Весной 1829 года, когда учебный год подошел к концу, Оливер отправился в Хармони, штат Пенсильвания, где Джозеф жил со своей женой Эммой, на ферме, принадлежащей отцу Эммы – Исааку Хейлу.

Перевод листов на время остановился, после того как летом предыдущего года писарь Джозефа Мартин Харрис потерял рукопись. Несмотря на вынужденное промедление, Джозеф рассказал своей матери об известии, полученном от ангела: «Господь пошлет мне писаря, и я верю в правдивость Его обещания»3. Господь действительно послал ему писаря и, к изумлению его отца и матери, писарем стал Каудери, тот самый человек, которого они к этому подготовили. Оливер Каудери прибыл в дом Джозефа и Эммы Смит 5 апреля 1829 года.

Джозеф и Оливер не теряли времени. 6 апреля они посвятили выполнению некоторых дел, а на следующий день вместе начали работу по переводу.

Откровение для Оливера

Работа над переводом продолжалась несколько дней, а потом Джозеф получил откровение для своего писаря. В нем говорилось о сомнениях по поводу пророческого дара Джозефа, не оставлявших Оливера. Слова откровения напомнили об опыте Оливера, которым он ни с кем не делился. «Вспомни ту ночь, когда ты взывал ко Мне в сердце своем, чтобы узнать об истинности всего этого?— Какое более великое свидетельство ты можешь иметь, чем свидетельство от Бога? … Не сомневайтесь, не бойтесь»4 (см. У. и З. 6:22–23).

Оливер прибыл в Хармони, веруя, что он был призван стать писарем Джозефа; теперь же он уже служил писарем и желал знать, что еще для него уготовил Господь. «Вот, у тебя есть дар, – говорилось в откровении, – и благословен ты благодаря дару своему. Помни, что он свят и происходит свыше». Под названным даром подразумевался дар откровения, и с его помощью он мог «позна[вать] тайны и прив[одить] многих к познанию истины, да, и убе[ждать] их в ошибочности путей их»5 (см. У. и З. 6:10–11). Господь также предложил Оливеру еще один дар: «Если ты желаешь его от Меня, – переводить подобно слуге Моему Джозефу» (см. У. и З. 6:25).

А пока Оливер наблюдал за тем, как Джозеф Смит применяет свой дар перевода. В том же месяце они вместе обсуждали участь Апостола Иоанна – вопрос, интересовавший их тогда. В истории Джозефа сказано, что их мнения расходились, но они «пришли к единодушию, воспользовавшись Уримом и Туммимом»6. Ответ был получен в видении о рукописи на пергаменте, которую перевел Джозеф; сейчас он находится в Учении и Заветах 7.

Оливер желает переводить

По мере того как Джозеф и Оливер продолжали работу, желание Оливера играть более весомую роль в переводе возрастало. Господь обещал предоставить ему возможность для перевода, и Оливеру захотелось ее получить. Джозеф продиктовал еще одно откровение. Слово Господа уверило Оливера в том, что он получит этот дар, если пожелает. Требования были такими: вера и честное сердце (см. У. и З. 8:1).

Далее в откровении будущему переводчику сообщалось, каким образом будет выполняться работа. Господь обещал: «Я скажу тебе в разуме твоем и в сердце твоем Духом Святым, Который снизойдет на тебя и Который будет пребывать в сердце твоем». Именно таким путем всегда приходили откровения. И это откровение также провозглашало, что именно таким образом, или таким духом, «Моисей провел детей Израилевых посуху через Красное море»7 (см. У. и З. 8:2–3).

Оливер Каудери жил в культурной среде, в которой библейские идеи, язык и порядки играли особую роль. Упоминание о Моисее в этом откровении, вероятнее всего, коснулось его сердца. Ветхозаветное повествование о Моисее и его брате Аароне несколько раз рассказывает о том, как воля Божья выражалась посредством жезла, или лозы (см. Исход 7:9–12; Числа 17:8). Многие христиане во времена Джозефа Смита и Оливера Каудери тоже верили в лозу как орудие получения откровения. Среди людей, верующих в лозу и обращающихся к ней, был и Каудери8.

Господь тоже говорил о способности Оливера применять жезл, или лозу, для получения откровения: «Есть у тебя другой дар – дар обращаться с жезлом»9. Подтверждая, что этот дар исходит свыше, откровение гласит: «Вот, нет другой силы, кроме силы Божьей, посредством которой этот дар Природы может действовать в твоих руках, ибо это – работа Бога». По желанию Оливера, говорилось далее в откровении, Господь был готов дополнить дар откровения, которым уже обладал Оливер, даром перевода (У. и З. 8:8–11).

Хотя нам почти ничего не известно о попытках Оливера Каудери переводить, ясно, что не все пошло гладко. Очень быстро его пыл угас. Видя неудачу Оливера, Джозеф Смит получил еще одно откровение, в котором Оливеру было дано следующее наставление: «Будь терпелив, сын Мой, ибо это по мудрости Моей, и не нужно, чтобы ты переводил в настоящее время». Далее Оливеру говорилось, что он не понял суть процесса. Сначала ему надлежало «обдумать в своем разуме; а затем… спросить Меня, правильно ли это, и если это правильно, Я сделаю так, что в груди твоей возгорится»10 (см. У. и З. 9:7–8).

Восстановление власти

Разочарованный неудачными попытками переводить, Оливер покорно вернулся к своим обязанностям писаря, и Джозеф продолжил диктовать ему перевод листов. «Это были дни, которых никогда не забыть! – позднее написал Каудери. – Пребывание под звуком голоса, диктующего по вдохновению Небес, пробуждало в моей душе величайшую благодарность!» Дойдя до повествования о личном служении Иисуса нефийцам, они задались вопросом, была ли у кого-либо в те дни власть служить в истинной Церкви Христа. Особенно их заботило крещение. 15 мая 1829 года они вышли из дома Смитов, где все это время трудились, чтобы найти уединенное место и помолиться в лесу неподалеку.

Даже если в то время у Оливера Каудери и оставались какие-либо сомнения, они растаяли, когда воскрешенный Иоанн Креститель «спустился в облаке света и, возложив на нас руки»11, сказал: «На вас, братья-служители мои, во имя Мессии возлагаю я Священство Аарона, которое владеет ключами служения ангелов и Евангелия покаяния, и крещения погружением в воду для отпущения грехов» (см. У. и З. 13). Полученный опыт сделал веру Оливера незыблемой. «Осталось ли место для сомнений? – позднее писал об этом событии Оливер. – Нет. Всякая неуверенность отступила, сомнения растаяли»12.