2010–2019
И малое дитя будет водить их

И малое дитя будет водить их

Мужья и жены должны понять, что их главное призвание – от которого они никогда не будут освобождены – привязанность друг к другу и затем к своим детям.

Много лет назад холодной ночью на железнодорожном вокзале в Японии я услышал стук в окно моего спального вагона. Там стоял замерзший мальчик в рваной рубашке. Его распухшая челюсть была перевязана грязной тряпкой. Голову покрывали язвы от чесотки. Он держал ржавую консервную банку и ложку – символы нищего сироты. Пока я пытался открыть дверь, чтобы дать ему денег, поезд тронулся.

Мне не забыть того голодного мальчика, стоявшего на холоде и протягивавшего пустую консервную банку. Я также не могу забыть чувство своей беспомощности, нараставшее по мере того, как поезд медленно удалялся, оставляя его на платформе.

Спустя годы в городе Куско, что расположен высоко в перуанских Андах, мы со старейшиной A. Теодором Таттлом проводили причастное собрание в длинной, узкой комнате с дверью, которая открывалась прямо на улицу. Был вечер, и во время выступления старейшины Таттла в дверном проеме появился мальчик лет шести. Он был совсем раздет, если не считать рваной рубашки, свисавшей до колен.

Слева от нас стоял столик, а на нем – тарелка с причастным хлебом. Этот оборванный беспризорник увидел хлеб и, крадучись вдоль стены, стал приближаться к нему. Он уже почти достиг стола, когда его заметила женщина, сидевшая рядом с проходом. Строго покачав головой, она прогнала мальчика обратно на улицу. Я застонал про себя.

Позже мальчик вернулся. Он крался вдоль стены, глядя то на хлеб, то на меня. Когда он приблизился к тому месту, где женщина снова заметила бы его, я протянул руки, и он подбежал ко мне. Я усадил его к себе на колени.

Затем, как нечто символическое, я посадил его в кресло старейшины Таттла. К моему большому сожалению, после заключительной молитвы этот голодный мальчик скрылся в сумерках.

Вернувшись домой, я рассказал о том мальчике Президенту Спенсеру В. Кимбаллу. Он был глубоко тронут и сказал мне: «Ты держал народ на своих коленях». Он не раз говорил мне: «То, что произошло, гораздо значительнее, чем ты себе представляешь».

Поскольку я был в странах Латинской Америки почти сто раз, то искал того маленького мальчика в лицах людей. Теперь я действительно знаю, что имел в виду Президент Кимбалл.

Другого дрожащего мальчика я встретил на улицах Солт-Лейк-Сити. Это было другой холодной, поздней зимней ночью. Мы возвращались с Рождественского ужина в гостинице. По улице шли шесть или восемь шумных ребят. Всем им следовало быть дома в такой холод.

Один мальчик был без пальто. Он очень быстро приплясывал, чтобы согреться. Он скрылся в переулке, наверняка направляясь к маленькой, обшарпанной квартире, к кровати, где не было достаточно одеял, чтобы обогреть его.

По ночам, укрываясь одеялами, я возношу молитву за тех, у кого нет теплой кровати для ночлега.

Когда закончилась Вторая мировая война, меня направили в японский город Осака. Город был в развалинах, и улицы были завалены бетонными плитами, множеством обломков и покрыты воронками. Хотя большинство деревьев было повалено взрывами, некоторые из них еще стояли с поломанными стволами и ветками и имели храбрость вытягивать несколько веток с листьями.

Крошечная девочка в рваном цветном кимоно деловито составляла букет из желтых листьев платана. Маленький ребенок, она, казалось, не осознавала окружавшего ее опустошения, взбираясь по обломкам, чтобы добавить новые листья к своей коллекции. Она нашла то прекрасное, что еще осталось в ее мире. Возможно, я должен сказать, что она сама была прекрасной частью того мира. Так или иначе, мысль о ней укрепляет мою веру. Ребенок был воплощением надежды.

Мормон учил, что «малые дети живы во Христе»1 и не нуждаются в покаянии.

На пороге XX века два миссионера служили в горах на юге Соединенных Штатов Америки. Однажды с вершины холма они увидели людей, собравшихся внизу на поляне. У миссионеров не часто было много слушателей, поэтому они спустились на поляну.

Там начинались похороны маленького мальчика, который утонул. Его родители попросили священнослужителя «сказать слово» над их сыном. Миссионеры стояли позади всех, когда окружной священнослужитель, обращаясь к опечаленным родителям, начал проповедь. Если родители ожидали услышать от представителя духовенства слова утешения, то они ошибались.

Он строго отчитал их за то, что они не крестили своего маленького сына. По разным причинам они откладывали его крещение, а теперь уже было слишком поздно. Он достаточно жестко сказал им, что их сын отправился в ад. Это их ошибка. Они виновны в его бесконечном мучении.

Когда проповедь окончилась и могилу засыпали, старейшины подошли к убитым горем родителям. «Мы – служители Господа, – сказали они матери, – и у нас есть послание для вас». И рыдающие родители слушали, как два старейшины читали слова откровения и свидетельствовали о восстановлении ключей для искупления живущих и умерших.

Мне чем-то нравится тот проповедник. Он приложил все свои усилия и весь свет и знание, какие у него были. Но есть нечто большее, что он мог бы предложить. Это полнота Евангелия.

Старейшины пришли как утешители, как учителя, как служители Господа, как облеченные властью проповедники Евангелия Иисуса Христа.

Те дети, о которых я говорил, символизируют всех детей Небесного Отца. «Вот наследие от Господа: дети… Блажен человек, который наполнил ими колчан свой!»2

Создание жизни – большая ответственность для супругов. Быть достойным и ответственным родителем – это вызов земной жизни. Ни мужчина, ни женщина не могут родить детей друг без друга. Так было предначертано, чтобы у детей было двое родителей – и отец, и мать. Никакой образец или процесс не может заменить этого.

Когда-то давно одна женщина сказала мне со слезами, что во время учебы в колледже она со своим другом допустили серьезную ошибку. Он организовал ей аборт. В свое время они получили дипломы, поженились и родили несколько других детей. Она сказала мне, как мучительно для нее сейчас смотреть на свою семью, на красивых детей и видеть в своем сознании пустующее место там, где не родился один ребенок.

Если эта пара поймет и примет дар Искупления, то они будут знать, что те события и боль, связанная с ними, могут быть стерты. Никакая боль не будет длиться вечно. Это нелегко, но никогда не подразумевалось, что жизнь должна быть легкой или справедливой. Покаяние и живая надежда на прощение всегда будут стоить приложенных усилий.

Другая молодая пара со слезами рассказала мне, что они только что побывали у врача, где им сказали, что у них никогда не будет своих детей. Это известие разбило их сердце. Они были удивлены, когда я сказал, что фактически им весьма повезло. Они спросили, почему я так говорю. Я сказал, что их состояние несомненно лучше, чем у пар, способных быть родителями, но отказавшихся от этого и эгоистично избегающих этой ответственности.

Я сказал им: «По крайней мере, вы хотите иметь детей, и это желание будет добавлять вам веса в вашей земной и внеземной жизни, обеспечивая духовную и эмоциональную стабильность. В конце концов вы будете благословлены, потому что вы хотели детей и не могли их иметь в отличие от тех, кто мог, но не хотел иметь детей».

И сейчас некоторые пары не вступают в брак и потому бездетны. Некоторые, из-за неподвластных им обстоятельств, воспитывают детей как матери-одиночки или отцы-одиночки. Это временные состояния. В вечном порядке вещей – не всегда в рамках земной жизни – праведные стремления и желания будут удовлетворены.

«И если мы в этой только жизни надеемся на Христа, то мы несчастнее всех человеков»3.

Главная цель всех дел в Церкви состоит в том, чтобы муж, жена и их дети могли быть счастливы дома, будучи защищены принципами и законами Евангелия и надежно запечатаны заветом вечного священства. Мужья и жены должны понять, что их главное призвание – от которого они никогда не будут освобождены – привязанность друг к другу и затем к своим детям.

Одно из великих открытий роли родителя состоит в том, что мы гораздо больше познаем действительность от наших детей, чем когда-либо познавали от родителей. Мы приходим, чтобы признать правду пророчества Исаии, что «малое дитя будет водить их»4.

В Иерусалиме «Иисус, призвав дитя, поставил его посреди них

И сказал: истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное;

Итак, кто умалится, как это дитя, тот и больше в Царстве Небесном»5.

«Иисус сказал: пустите детей приходить ко Мне и не препятствуйте им, ибо таковых есть Царство Небесное.

И, возложив на них руки, пошел оттуда»6.

Мы читаем в Книге Мормона о посещении Иисусом Христом Нового Света. Он исцелял и благословлял людей и повелел, чтобы к Нему привели маленьких детей.

Нефий пишет: «И тогда они привели своих малых детей и посадили их на землю вокруг Него; и Иисус стоял посреди; и толпа расступилась, пока все они не были приведены к Нему»7.

Тогда Он повелел народу преклонить колени. Окруженный детьми, Спаситель встал на колени и вознес молитву нашему Небесному Отцу. И, помолившись, Он плакал, «и Он брал их малых детей, одного за другим, и благословлял их, и молился Отцу за них.

И сделав это, Он снова прослезился»8.

Я могу понять чувства, которые проявил Спаситель по отношению к детям. Есть многое, чему нужно учиться, следуя примеру того, как Он стремился молиться, благословлять и обучать «тех малых»9.

Я был десятым в семье из 11 детей. Насколько я знаю, ни мой отец, ни моя мать не служили в заметном призвании в Церкви.

Наши родители верно служили в их самом важном призвании – как родители. Наш отец управлял домом в праведности, никогда не гневаясь и не угрожая. И убедительный пример нашего отца был подкреплен нежным советом нашей матери. Евангелие оказывает мощное влияние на жизнь каждого из нас в семье Пэкеров и на следующее поколение, и следующее, и следующее, насколько мы могли видеть.

Надеюсь, что меня сочтут столь же хорошим человеком, как мой отец. Прежде, чем я услышу слово «хорошо» от моего Небесного Отца, я надеюсь сначала услышать его от моего земного отца.

Много раз я ломал голову, почему меня нужно было призвать Апостолом и затем президентом Кворума Двенадцати, несмотря на то, что я из семьи, где отца можно было бы назвать менее активным. Я не единственный член Двенадцати, который соответствует этому описанию.

Наконец, я смог увидеть и понять, что, возможно, именно из-за этого обстоятельства меня и призвали. И я смог понять, почему во всех наших церковных делах мы как руководители должны обеспечить для родителей и детей возможность проводить время вместе в семье. Руководители священства должны делать все возможное, чтобы сделать Церковь ориентированной на семью.

Есть много такого в жизни по Евангелию Иисуса Христа, что не может быть измерено тем, что включается в отчеты или графики посещаемости. Наше дело – здания и бюджеты, программы и процедуры. Занимаясь этим, можно упустить сам дух Евангелия Иисуса Христа.

Слишком часто кто-то подходит ко мне и говорит: «Президент Пэкер, не правда ли, было бы хорошо, если бы?..»

Я обычно останавливаю их и говорю «нет», потому что подозреваю, что за этим последует новое мероприятие или программа, увеличивающая возложенное на семью бремя затрат времени и финансов.

Семейное время – священное время, его следует защищать и уважать. Мы убеждаем членов нашей Церкви проявлять преданность своим семьям.

В начале нашей семейной жизни мы с женой решили, что примем детей, которые должны у нас родиться, со всей ответственностью уделяя внимание их рождению и росту. В свое время они создали собственные семьи.

Дважды в нашей семейной жизни во время рождения одного из наших маленьких сыновей нам приходилось слышать от врачей слова: «Не думаю, что вы его оставите».

В обоих случаях мы отвечали, что отдадим жизнь ради сохранения нашего крошки. При обсуждении этого предложения нас осенила мысль, что эта преданность сродни тому, что чувствует Небесный Отец к каждому из нас. Какая потрясающая мысль!

Теперь, на закате наших дней, у нас с сестрой Пэкер есть свидетельство о том, что семьи могут быть вечными. Соблюдая заповеди и в полной мере живя по Евангелию, мы будем защищены и благословлены. С нашими детьми и внуками, а теперь и правнуками, наша молитва – о том, чтобы каждый в нашей растущей семье был так же предан своим драгоценным малышам.

Отцы и матери, в следующий раз, качая на руках новорожденного ребенка, вы можете обрести внутреннее видение тайн и целей жизни. Вы лучше поймете, почему Церковь такова, какая она есть, и почему семья – основная организация во времени и в вечности. Я свидетельствую, что Евангелие Иисуса Христа истинно, что план искупления, который называют планом счастья, – это план для семей. Я молю Господа, чтобы семьи, родители и дети в этой Церкви были благословлены, чтобы эта работа продвигалась вперед по воле Отца. Я приношу это свидетельство во имя Иисуса Христа, аминь.